18+

Статьи — Журнал — Интервью экспертов

Лариса Аникина

Лариса Аникина о том, как бальные танцы укрепляют брак с любимым мужчиной

Текст: Любава Новикова
Фото: Лариса Малыгаева
 
Досье КС

Лариса Аникина

Город: Черногорск (республика Хакасия)
Должность: директор ООО «ЛаиТа»
Увлечения: спортивные бальные танцы, горные лыжи, активный туризм
 
Людей-«зажигалок» обычно видно сразу: это они первыми спускают
ся с горных склонов, это они в центре внимания на танцполе и, конечно, это именно они умудряются за месяц получить столько впечатлений, сколько другой человек не набрал бы и за год. Похоже, Лариса Аникина — как раз из таких людей: будучи директором аптечной сети «ЛаиТа», она успевает и за первым столом постоять, и в поход в горы на выходные выбраться. А еще они с мужем профессионально занимаются бальными танцами, участвуют в турнирах и даже достигают там определенных успехов, несмотря на то что заниматься танцами супруги с 23‑летним стажем совместной жизни начали всего два года назад. При этом Лариса уверена, что абсолютно любой человек может найти время для занятия, ко
торое его интересует: «Люди, которые говорят "у меня нет времени", — просто ленивы, и это не времени у них нет, а мотивации. Если мотивация есть, время найти не ­проблема».
 
КС: Лариса, расскажите о своей аптеке, ­пожалуйста.
 
Лариса: Я директор ООО «ЛаиТа», и это мое детище. Началось все с того, что 13 лет назад — это был конец 1999 года — мы с моей напарницей-фармацевтом Татьяной Шолякиной узнали, что наш работодатель скоро обанкротится и мы останемся без работы. К тому же на тот момент окончательно развалились муниципальные аптеки, и как‑то нам стало совсем грустно. Сели, подумали и поняли: если ничего не придумаем, так и будем болтаться от одного частника к другому. Вот мы и придумали: залезли в бешеные долги, взяли кредит под какие‑то нереальные проценты — 40 % годовых, если не ошибаюсь! — заложили всё имущество, какое можно было, и открыли маленький аптечный пункт, назвав его по первым буквам наших имен. И уже на протяжении 13 лет мы неплохо существуем, хотя организация у нас небольшая — две аптеки и один аптечный ­пункт.
 
КС: Мне кажется, на момент открытия аптека казалась достаточно безумным проектом. Многие ли осудили вас за ­безрассудство?
 
Лариса: Нас не осуждали — всем было понятно, что это лучше, чем отбытие в неизвестность. Ну и проект был не таким уж рискованным — просто надо было правильно просчитать прибыли и расходы, найти, где сэкономить, взять себя в руки… Мы всё посчитали, прикинули и поняли, что выживем. Помогало то, что к этому моменту у меня был почти десятилетний стаж работы. Я начинала как фармацевт в производственном отделе — готовила порошки и микстуры, потом была заведующей отделом готовых лекарственных фор
м, а когда перешла к частному предпринимателю, заведовала складом, занималась поставками — в общем, опыт такой работы у меня ­был.
 
КС: У вас небольшая аптечная сеть, наверное, легко всё держать под ­контролем?
Лариса: Да. И я не просто контролирую, но часто и сама встаю за прилавок, в силу того что рынок труда у нас не очень большой, и бывает, что специалист заболел или в отпуск пошел, а за прилавок встать некому. Зато это позволяет мне изучать рынок, спрос и помогает быть в курсе событий. Я абсолютно не кабинетный работник, и часто со мной бывает сложно созвониться, потому что я зачастую провожу весь день, решая рабочие вопросы не в кабинете, а на ­«передовой».
 
КС: Но, несмотря на свою занятость, вы находите время для того, чтобы профессионально заниматься бальными танцами, да еще и ходите на занятия на пару с мужем. Довольно необычное семейное хобби — расскажете, как к этому ­пришли?
 
Лариса: Началось все с того, что наша дочь уехала в Санкт-Петербург учиться по специальности художник-мастер прикладного искусства, и ей там так понравилось, что в этом году она даже не приехала домой на каникулы. Мы с мужем стали у
читься жить вдвоем, и в течение первого года выяснилось, что сидеть вечерами на диване нам скучно — значит, надо чем‑то заняться. Мы вообще очень «говорящая» пара, никогда друг с другом в молчанку не играем — всегда обсуждаем, как у кого прошел день, у кого какие планы на ближайшее будущее, на неделю, два дня и так далее. Так что, хорошо всё обсудив, мы подумали, почему бы нам не заняться ­танцами?
 
КС: И все же довольно странный выбор, особенно при наличии аэробики, парной ­йоги…
 
Лариса: Дело в том, что на занятиях шейпингом лично мне скучно, а с танцами у нас обстояло так: мы женаты довольно давно, и когда мы где‑то танцевали, нам всегда говорили, что мы хорошо двигаемся. Так вот, мы это вспомнили и решили — почему нет? Обратились в республиканскую детско-юношескую спортивную школу города Абакана, оказалось, что там вечерами занимаются взрослые — и сразу захотелось научиться танцевать ча-ча-ча, самбу, джайв, танго. Мы подумали — просто попробуем, и еще привлекло то, что там проводится очень хорошая разминка, а это полезно для здоровья. Стали туда ездить (мы живем в Черногорске, это 18 км от Абакана), и оказалось, это хобби довольно затягивающее: сначала ходили на занятия просто для себя, а потом постепенно начали серьезно заниматься, вошли в Союз танцевального спорта, получили квалификационные книжки, в общем, все по‑взрослому.
 
КС: В танцевальных турнирах ­участвуете?
 
Лариса: В первый год занятий мы только один раз попробовали себя на паркете, поняли, что это очень интересно — адреналин, спортивный азарт! — и, начиная со второго года, стали активно заниматься, брать дополнительные уроки, то есть ходить н
е только два раза в неделю, но и на дополнительные тренировки. И уже в феврале был турнир, в котором мы заняли почетное пятое место из шести. Но мы считаем это нашим достижением, потому что, когда вы выходите на турнир рядом с парой 19‑летних танцоров, а вам на двоих больше восьмидесяти, даже пятыми из шести быть уже хорошо. Тем более что в следующем соревновании мы уже заняли третье место, а в недавнем довольно‑таки мощном турнире на кубок мэра города Абакана — пятое место среди семи ­пар.
 
КС: До этого вы когда‑нибудь занимались ­танцами?
 
Лариса: Я — никогда, а вот муж занимался русскими народными танцами, когда учился в школе, три или четыре года, класса до седьмого. А потом
 начал заниматься авиамоделированием, спортом, художественную школу оканчивал и так далее — в общем, стало не до танцев. Что касается меня, у меня с танцами в детстве не получилось: в первом классе мама отвела меня в танцевальный кружок, но я была очень полненькой, и преподаватель сказал, что таких толстых девочек на танцы не берут. Так что до десятого класса я вообще не задумывалась, буду ли когда‑то танцевать, а потом танцевала, конечно, но танцами не ­занималась.
 
КС: Получается, Ваш муж вернулся к своему давнему увлечению, а Вы начали то, что не получилось начать в детстве, — и то и другое просто замечательно! Есть какие‑то творческие планы? Надо же дальше расти, выходить на новые ­категории…
 
Лариса: Сейчас мы выступаем в категории «Д», то есть «латино», и перед нами маячит выход на «стандарт», куда входят венский вальс, медленный вальс, танго, квикстеп и фокстрот. Осваивать «стандарт» — самое сложное в спортивных танцах: вот пара проплыла мимо вас в вальсе, и кажется, все так легко и красиво, но только спортсмены знают, как сложно правильно удержать корпус и голову, двигаясь на согнутых ­ногах.
КС: Вы упомянули о конкуренции с более молодыми танцорами на паркете. Тяжело ли вам ее выдерживать, какие эмоции ­испытываете?
 
Лариса: На турниры мы выходим в номинации «взрослые» (от 20 и старше), хотя, учитывая наш с мужем возраст, нам надо танцевать в «сеньорах» (от 35 и старше). Мы, разумеется, не старые развалины еще, но гибкость у нас уже явно не та: даже на разминке молодежь садится на шпагат, а нам еще далеко — мы два года занимаемся и до сих пор еще не сели. И красота, конечно, — у нас она своя, у молодежи — своя. И, глядя на молодые пары, всегда думаешь — как здорово, у них всё впереди, столько возможностей, сил, ­здоровья!
 
КС: А у вас зато сложившаяся семья. Когда танцуешь в паре с супругом, контакт лучше, чем просто с ­партнером?
 
Лариса: Ну, в нашей номинации в основном танцуют семейные пары, и с
реди них всего две пары, в которых партнер и партнерша не состоят в близких отношениях. Так вот что я вам скажу: семейные пары на паркете выглядят выигрышней, потому что у них есть отношения, а в танце, особенно в «латино», нужно чувство, нужна страсть. Когда пары несемейные, этой страсти нет — они танцуют, выполняют определенные па, но у них нет той связи, которая должна быть в танце между мужчиной и ­женщиной.
 
КС: Как в «Грязных танцах», ­получается.
 
Лариса: Да, практически то же самое — люди, которые любят друг друга, на паркете смотрятся лучше, нежели те, кто просто ­танцует.
 
КС: Рассматривали ли вариант, что муж танцует с партнершей, а Вы — с ­партнером?
 
Лариса: Я, наверное, об этом не задумывалась, хотя — почему бы 
и нет? У меня просто повода не было это обдумать. Потому что мы с мужем знакомы очень давно, мы совершенно родные люди, и я не представляю, как это — танцевать с другим. Тем более, я понимаю, что 70–80 % успеха танцевальной пары зависит от того, как мужчина ведет и как он воспринимает танец. И если он сбился — весь танец ­насмарку.
 
КС: То есть, получается, Вам легче, чем мужу, и в плане нагрузки, и ­эмоционально?
 
Лариса: Да, мне легче. Вообще, в любом бальном танце партнерша — это украшение: она должна красиво выглядеть, красиво улыбаться, не падать с каблуков и вовремя делать то, что от нее требует партнер. Если партнер ошибся, она должна так же ошибиться, чтобы не заметили ­судьи.
 
КС: А в семейной жизни кто «ведет», Вы или ­муж?
 
Лариса: Сложно сказать: я считаю, что все‑таки муж, хотя многие говорят, со стороны кажется, что я. Наверное, вести друг друга надо вместе — взяться за руки и идти. А если говорить о том, как в нашей семье распределяются роли, то у нас классическая семья: я в первую очередь храню очаг, а мой мужчина — защитник, ­завоеватель.
 
КС: Расскажите немного о своем муже. Вы говорите, что очень давно его знаете — наверное, вы друзья ­детства?
 
Лариса: Да, я его знаю с детства. Так получилось, что наши отцы жили в одной деревне, носили одну и ту же фамилию, приходясь друг другу дальними родственниками в шестом колене, и были друзьями. Так что мы семьями иногда встречались, и нас с мужем «женили», конечно, но скорее в шутку. Мы не то чтобы очень дружили, и он не собирался на мне жениться, а я — выходить за него замуж, в армию не провожала и из армии не ждала. Но когда он отслужил и вернулся, мы встретились и с этого дня больше не ­расставались.
 
КС: Насколько хорошо это — знать своего мужа с ­детства?
 
Лариса: Не могу сказать, что я его знала близко — мы жили в разных городах, в одной песочнице не играли, и, в принципе, в браке я узнавала его заново. Зато, выходя замуж, я уже знала, какая меня примет семья, знала, что это семья приличная, а значит и в будущем все будет замечательно. И знаете, как мама взрослой дочери я была бы очень не против, если бы она ушла в семью, знакомую нам, — по крайней мере понимаешь, чего ­ожидать.
 
КС: Вы сейчас в такой фазе жизни, когда единственный ребенок начал жить отдельно от вас — не боитесь, что жизнь пойдет в другом ­ритме?
 
Лариса: Сейчас скажу парадоксальную вещь — когда дочь уехала, 
мы с мужем по‑другому стали общаться, и даже стали ближе: дочь на другом конце страны, у нее там своя интересная жизнь, и мне не к кому вечером пойти пошушукаться — так я пойду пошушукаюсь со своим мужем. Я вообще считаю, что дети не должны долго жить с родителями, не должны быть чересчур привязанными к ним, ведь от того, что дети живут отдельно, хорошо всем — у ребенка начинается самостоятельная жизнь, а у родителей появляется дополнительное время для общения друг с ­другом.
 
КС: Есть планы, чем заняться помимо ­танцев?
 
Лариса: Ой, мы достаточно много чем занимаемся, на это бы хватило сил и времени. Вот, например, в эти выходные мы ездили орех кедровый бить. В общем‑то, недалеко, Шушенский район, 150 км от нашего дома — и уже настоящая тайга, мы же живем далеко от промышленных ­городов.
 
КС: А как это делается — берется большая палка, и ею сбивают ­шишки?
 
Лариса: Да, называется «колотун». Двое мужчин берут ее и бьют по кедру, а дамы ходят и шишки собирают. Мы еще параллельно грибов набрали — очень м
ного их в этом году, довольно грибной ­год.
 
КС: Вы с мужем очень активные люди — скажите, как себя поднять с дивана и куда‑нибудь ­отвести?
 
Лариса: Если стало скучно жить, надо встать с дивана, осмотреться, обзвонить ближайшие спортивные комплексы, дома культуры, посмотреть афиши кинотеатров и клубов — и сразу найдутся люди, которые занимаются очень интересными вещами и которые будут рады вам, а также фильмы и концерты, на которые хочется сходить. Да даже просто заглянуть в себя, понять, что интересно — тем и надо заниматься. Вот, например, мы активно занимаемся туризмом, и для нас нет никакой проблемы в том, чтобы собрать рюкзаки и совершить 25‑километровый марш-бросок по высокогорью. Летом ходим в наши местные горы, Ергаки мы практически все облазили, были на Сотом перевале — это по дороге в Тыву через Ак-Довурак. Я была на Алтае, и мне там понравилось, еще была в Бородинских пещерах — это тоже у нас в Хакасии, и после этого у меня как‑то отпало желание в пещеры лазить, поняла, что мне там неуютно. А зимой любим кататься на горных лыжах, и довольно часто ездим — на Ергаки, Гладенькую, в Шерегеш собираемся в этом году, говорят, там очень ­интересно.
 
КС: Ого, так вы еще и любители активного туризма. А как же курорты, 
где можно на песочке ­полежать?
 
Лариса: Да кто же не любит курорты? И я тоже, конечно, раз в год пытаюсь бросить все дела и уехать куда‑нибудь отдыхать. Чаще мы собираемся небольшой, преимущественно женской компанией — меня, к счастью, супруг без себя отпускает, очень лояльно к этому относится. Я уже была во многих странах, в основном классика — Египет, Таиланд, Китай, Тунис. В Израиле и Иордании мы были с мужем, и я не столько была потрясена Иерусалимом, сколько Петрой. Во Франции была, и, конечно, туда надо ехать на две недели только, чтобы понять, что такое Париж. В прошлом году в Испании в парке «Порт Авентура» (парк развлечений, с самыми высокими в Европе «американскими горками», — прим. ред.) прошла все пять «черных горок» вместе с молодежью, и мне это очень понравилось. В этом году собираюсь в Грецию, на остров ­Крит.
 
КС: Так, поставим вопрос по‑другому. Есть ли что‑то такое, что Вам НЕ ­интересно?
 
Лариса: Мне интересно все подряд — я очень разносторонний человек, и не ограничиваю себя только пляжами или только горами. Например, два года назад у меня был очень сложный период, и потому в отпуск я собралась на Пхукет, чтобы абсолютно ничем не заниматься и просто лежать на пляже. А в прошлом году у меня было совсем другое настроение, мне нужен был экстрим, музеи, шум и гам улиц, нужна была Барселона и всё ­остальное.
 
КС: Наверное, вы и клубной жизнью живете. Танцевать в клубе — не то же самое, что танцевать на бальном турнире, удается ли «зажечь» ­там?
 
Лариса: Да, лет десять назад мы с мужем «клубились»: к тому времени уже могли позволить себе это материально. Сейчас мы по клубам не ходим, после сорока это уже не так интересно. Но это не значит, что мы танцуем только на паркете — не так давно у нас был небольшой юбилей, и мы ходили с друзьями в клуб. Могу сказать, что,
 занимаясь бальными танцами, ты себя уже по‑другому ощущаешь на танцполе — уже не просто стоишь, переминаясь с ноги на ногу, а можешь делать определенные па и, конечно, красиво двигаться в паре. Во время танца к нам даже подошла одна женщина и попросила исполнить его на бис — даже оплатила музыку. Мы, конечно, выполнили ее просьбу, и нам было очень приятно, потому что, я думаю, не каждый может так себя ­показать.
 
КС: К постановке любительских танцев вас еще не успели привлечь? На те же юбилеи или дни ­рождения?
 
Лариса: Ой, нет-нет-нет, я всем сразу говорю — мы не профессионалы, мы любители, нас самих еще учить и учить. Хотя понимаю, что тут вообще нет предела мастерству: можно выучить рисунок танца, но танцевать его так безобразно, что даже н
е захочется и смотреть. А можно выучить два-три движения, и это будет просто великолепный танец. Поэтому нам еще работать и работать, чтобы достичь ­совершенства!
 
КС: Завершая нашу беседу, хотелось бы спросить — как «зажигать» по жизни и делать себе не скучно? В чем тут главный ­секрет?
 
Лариса: Главное — не говорить себе «когда‑нибудь потом». Потому что потом может и не п олучиться. Увидели афишу интересной выставки — соберитесь и сходите, приезжает звезда, которая вам интересна, — идите на концерт. Просто надо быть активным по жизни, и это получается легко, если ты молод ­душой.

 

 

0 0 лайков 98 просмотров

Поделиться ссылкой с друзьями ВКонтакте Facebook Twitter Одноклассники

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте по теме

Андрей и Игорь Завгородние о сложностях и радостях семейного бизнеса

Руководители компании «Фитофарм» рассказали о своем бизнес-пути от производства лекарственных трав до создания гипераптек

1 комментарий 0 лайков 262 просмотра

Медицинское расследование

Глеб Поспелов о детективно-эпидемиологическом медсериале

0 комментариев 0 лайков 200 просмотров

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Отменить

Не вижу картинку