18+

Статьи — Журнал — Интервью экспертов

Светлана Мельник

Светлана Мельник о том, как женщина может сделать себя сама, умея учиться

 

Текст: Любава Новикова

Фото: Сергей Кристев

 

Представьте себе такую ситуацию: вы – молодая талантливая женщина, оканчиваете престижный вуз с красным дипломом и мечтаете поездить по стране. Но обстоятельства против вас: ваша страна разваливается, и вы становитесь домохозяйкой в незнакомом городе, который вам не особо нравится. Вы пытаетесь выйти на работу, но снова не получается, ведь к этому времени вы уже мама маленького мальчика, которого нельзя отдавать в садик, потому что он часто болеет. Спустя несколько лет, когда ваш сын уже поступил в первый класс, вы все-таки выходите на работу, но происходит кризис экономики, и вас почти сразу же сокращают. Какова вероятность того, что после всего этого вы не опустите руки и станете успешной женщиной, бизнес-леди, топ-менеджером? А вот у Светланы Франковны Мельник, директора региона по Поволжью компании «Катрен», это получилось. Как – она расскажет в нашем интервью.

Досье КС:

Светлана Мельник

Город: Новосибирск.

Должность: директор региона по Поволжью компании «Катрен».

Увлечения: чтение, фотоколлаж, декупаж, ландшафтный дизайн.

 

КС: Светлана Франковна, Вы выросли в семье военного и много переезжали со своими родителями. Не грустно ли Вам было каждый раз оставлять друзей и уезжать в незнакомые места?

Светлана: Я могу сказать, что детство у меня было счастливое, потому что мы переезжали нечасто, а где-то раз в пять лет, и география у меня получилась очень красивая. Родилась я под Ленинградом, далее переехали в Москву – папа учился там в академии. После Москвы переехали в Прибалтику, и я пошла в школу в Калининградской области, потом переехали в Германию, где я окончила школу, и затем переехала в Киев, где поступила в университет. В Германию, конечно, я ехала с большим удовольствием – в то время в Германии были фломастеры, пеналы красивые, а у нас всего этого не было, и когда ты девочка, это дополнительная мотивация. Ну и большой плюс Германии был в том, что в России мы с сестренкой часто оставались дома одни, а в Германии мама работала меньше и, соответственно, проводила с нами больше времени, поэтому у нас была совсем другая жизнь – нам было куда интереснее.

 

КС: Расскажите немного о своей семье, пожалуйста.

Светлана: Семья у меня интернациональная: папа – поляк с Западной Украины, мама – русская из Нижегородской губернии. Поэтому отпуск родителей у нас всегда разбивался на две части: половину мы проводили в Западной Украине, а половину – в Горьковской области. И везде мне нравилось что-то свое: я помню, что в Западной Украине было много очень трудолюбивых, целеустремленных людей, детей там воспитывали в уважении к старшим – там часто до конца жизни называют родителей на «Вы». В Горьковской области, может, и не так хорошо жили, как в Западной Украине, но там я видела безграничную человеческую доброту, честность, открытость – больше такого потом не встречала нигде.

 

КС: Ваш папа был военным офицером, а мама?

Светлана: А мама по образованию технолог лесоперерабатывающей промышленности, но так как вышла замуж за военного, постоянно меняла места работы и работала не по специальности, подстраиваясь под интересы семьи. Не работать было невозможно – это была финансовая необходимость, поэтому старалась, чтобы работа была недалеко от дома. Папа у нас всегда был на руководящих постах, поэтому дома его видели редко – только в отпуске, наверное, в остальное время он рано уходил и поздно возвращался. Так что хозяйство было на маме, и она всегда нас так воспитывала, что папа дома – это праздник.

 

КС: Отношение к своим ролям жены и матери у Вас шло из семьи?

Светлана: Приоритет «семья и дети» – это из семьи. Но из семьи и чувство ответственности перед ними, и осознание того, что просто домашнего уюта мало – чтобы быть интересной детям, я должна работать, быть включенной в жизнь общества. При этом женщина ведь не одна – ей мужчина помогает: мужчина – добытчик, большую часть денег в семье зарабатывает он, и вклад женщины – это всего лишь помощь мужчине. Мужчина – это основа того, что есть в семье. А женщина – это душа семьи, и всё научение основам семейной жизни идет именно от нее. Есть, наверное, ситуации, когда женщина становится главным добытчиком, но, вообще, я считаю, это ненормально – не может мужчина зарабатывать меньше, чем женщина. Могут быть такие кратковременные промежутки – например, когда мужчина лишается работы и ищет новую. Но чтобы это было нормой – вряд ли. Если женщина на каком-то этапе вырвалась вперед, мужчина должен подумать, насколько такое положение дел ей интересно. И если он хочет остаться с этой женщиной – ему придется развиваться, работать над собой.

 

КС: Спутника жизни себе Вы нашли в Киеве, где учились вместе, но на разных факультетах: он – на юриста, а Вы – на климатолога. Почему выбрали такую необычную специальность?

Светлана: Когда поступала в институт, выбирала между матфаком (тогда была в моде кибернетика) и географическим факультетом. Географический факультет привлек меня тем, что там были обширные практики – три-четыре месяца путешествий по всей стране, и, поскольку я всё детство путешествовала вместе с родителями, мне это было интересно. Кроме того, после Германии мне очень хотелось простора для общения, а на географическом, в отличие от матфака, контингент был равномерный – 50 девочек, 50 мальчиков. И, наконец, предметы там были сбалансированы – так как специальность была инженерная, присутствовали математика, физика, химия, которые у меня всегда шли хорошо. Поэтому учиться мне всегда было интересно, и я окончила учебу с красным дипломом. После окончания университета остро встал вопрос распределения: тянуло к родителям, а родители к тому времени переехали в новосибирский Академгородок. Мы с мужем переехали поближе к ним, а там и Союз развалился – в итоге, остались жить здесь.

 

КС: Как вам первые годы жилось в Новосибирске?

Светлана: После Киева – сложно: Киев все-таки более яркий город, студенческий, молодежный, открытый, а Новосибирск был тогда во всех смыслах достаточно серым, и первое время сложно было адаптироваться к этим условиям. Кроме того, после окончания института пришло ощущение, что одноклассники и однокурсники разбросаны по стране, прежний студенческий уклад тоже остался в прошлом. И вот абсолютно новый город, и ты никого тут не знаешь. Но потом у меня родился сын, и забота о нем стала важнее всего остального, в том числе и личных переживаний. Так получилось, что наше поколение попало в полосу перемен: девяностые годы, разруха, отсутствие всего и вся – и денег, и продуктов, и товаров, люди ходили на работу, просто чтобы сохранить место. Поэтому на семейном совете (мы тогда жили с родителями) было принято решение, что все работают, где могут, а я остаюсь с ребенком и на хозяйстве. Отдать в ясли сына было нельзя – он у нас много болел, решили до трех лет его дотянуть, потом начали ходить в садик, но так получалось, что в садик он мог ходить только полдня, не оставаясь там спать. Только остался – сразу кашель, и на месяц у нас больничный. Я тогда пыталась устроиться на работу где-нибудь поближе к дому, но вот таким я была работником – две недели на работе, потом месяц на больничном. В итоге, выйти на работу удалось лишь тогда, когда сын пошел в школу.

 

КС: Тяжело ли Вам было выходить на работу спустя столько лет?

Светлана: Устроиться было нелегко, конечно, – искать работу после такого промежутка всегда сложно, ведь всем нужны специалисты с опытом работы, которые что-то уже умеют делать. Пока я сидела дома с сыном, от работы на больших ЭВМ все уже перешли к работе на ПК, появилась другая оргтехника – все это необходимо было знать. Было досадно, что я выпала из всего этого, и молодежь всё уже делает лучше меня. Но у меня в резерве было академическое образование, а оно хорошо тем, что, получая узкоспециальные знания, ты параллельно учишься учиться, и потом уже, обладая навыками, по необходимости можешь получать любые знания вообще. Поэтому постепенно научилась – самостоятельно освоила компьютер, почитала книжки, какие смогла достать, что-то у коллег спрашивала. Когда страха перед обучением нет – научиться несложно.

 

КС: Но потом, едва Вы закрепились на рабочем месте, опять грянул кризис – уже 1998 года.

Светлана: Я на тот момент работала в аудиторской компании и планировала обучение на аудитора, но меня сократили, и я оказалась на рынке труда, где на тот момент уже было немало квалифицированных работников, мигрирующих от работодателя к работодателю. Этот момент был очень сложным для меня, и так получилось, что в тот момент кризиса единственной организацией, которая набирала людей, была компания «Катрен». Я тогда абсолютно ничего о ней не знала, просто прочитала объявление в газете и попала в первый набор – тогда компании нужно было 20 человек в отдел сбыта, необходимыми условиями было высшее образование и знание компьютера. Отбор был многоступенчатым: сначала с нами беседовали генеральный директор и исполнительный директор, потом руководители отдела сбыта, потом нас даже психологи тестировали. И так получилось, что я все эти этапы прошла, устроилась и начала работать менеджером по продажам.

 

КС: Сейчас много говорят о том, что менеджеру или журналисту учиться незачем, что все необходимое можно узнать на практике. Вы с этим согласны?

Светлана: Я не верю в то, что менеджером можно работать без образования. Во-первых, в институте человек проходит обучение среди своих будущих коллег, формируя на будущее среду общения – и потом по жизни он еще не раз встретится как с однокурсниками, так и с преподавателями-практиками. Во-вторых, если нет образования, вы не знаете основы своей специальности, не имеете представления о том, как она появилась и развивалась – как при таких исходных данных можно дальше расти и делать карьеру по любой специальности, если нет основ? Поэтому, даже если человек начинает с нуля, имея только талант и желание что-то сделать, рано или поздно он приходит к тому, что ему необходимо обучение, получение определенных знаний. Так что сначала лучше получить базовое обучение, оно всегда пригодится.

 

КС: То есть то, что 90-е – это время талантливых самоучек, которые сами себя сделали – это миф?

Светлана: Не совсем. Девяностые – это время талантливых предпринимателей. Это время позволило раскрыться предпринимательским талантам, которые при социалистическом строе было некуда приложить. Да, почти у всех было высшее образование, но был и потолок: сколько ни работай, выше головы не прыгнешь, и в этом был минус системы. А девяностые как раз и позволили этим образованным людям проявить свои таланты. Когда я начинала свою предпринимательскую деятельность, практически все мои коллеги были с красными дипломами серьезных вузов. То есть амбициозные люди, которые умеют учиться, – успешны при любом строе. Если говорить конкретно о «Катрене», то это та компания, которая, если у человека есть желание, – дает ему возможность развиваться и профессионально расти. Тут такая корпоративная культура, что и подчиненные, и руководители постоянно растут и развиваются.

 

КС: Расскажите о своей работе в компании того периода, пожалуйста.

Светлана: Мне повезло попасть в компанию в тот момент, когда она из небольшой успешной региональной превращалась в компанию федерального уровня, и потом уже я росла вместе с ней. В 1999 году «Катрен» открывал сразу 20 филиалов по всей стране, и право на их открытие было дано менеджерам отдела сбыта, которые показали на тот момент лучшие результаты по динамике. Я попала в их число. Могу сказать, что для меня это было чем-то новым, но очень интересным: во-первых, я ощущала доверие к себе как к специалисту, во-вторых, хотелось проверить свои силы – была грандиозная задача и было желание ее выполнить, доказать, что ты это можешь. Открывать филиал на удалении, в европейской части России, – дело непростое: набор команды, налаживание контактов, развитие клиентской базы и так далее, очень много всего пришлось сделать. Но я постоянно чувствовала поддержку своих руководителей, своей команды, и потому мне было легко. Думаю, компания «Катрен» успешна в первую очередь именно благодаря той культуре, которая здесь сформирована – это культура постоянного обучения и обмена информацией: «Катрен» не останавливается на достигнутом, добиваясь того, чтобы каждый руководитель в зоне своей ответственности мог создать что-то лучшее в мире. Поэтому планы у нас закончиться не могут – постоянно есть что-то такое, что можно усовершенствовать, над чем можно работать.

 

КС: Есть понятие лидера – того, кто раскрутил волчок. Как можно понять, что волчок прекрасно крутится и без твоего участия, и перейти к другим делам?

Светлана: У нас как раз и была задача создать систему, которая работала бы без нашего участия. Руководитель – как строитель, его задача – построить здание, пригодное для самостоятельной жизни людей в нем. А дальше все зависит от того, какой стиль управления ты выбрал и какую сплотил вокруг себя команду. Ты можешь делать все сам и все успехи приписывать себе, а можешь работать в команде. Мне кажется, второй вариант – единственно правильный: да, ты лидер, но у тебя равноправные партнеры, которые понимают, куда вы все вместе идете, доверяют тебе и хотят добиться того же, чего и ты. Работая в «Катрене», я ощущала, что работаю в команде – мне очень помогло, что руководители всегда обсуждали с нами текущие процессы и пути решения, но при этом право выбора было всегда в зоне нашей ответственности. То есть, проще говоря, руководитель должен уметь делегировать обязанности, и если он всё замыкает на себе – это, я считаю, даже не эгоизм, это попросту недальновидность.

 

КС: Вы – успешный менеджер, на Вас равняются многие. А сравниваете ли Вы свои успехи с успехами коллег, и что ощущаете, если в какой-то момент сравнение оказывается не в Вашу пользу?

Светлана: Среди директоров регионов тоже есть рейтинги, и когда твои результаты получаются лучше, чем у других, это приятно еще и потому, что можно поделиться опытом с коллегами – бизнес, где все играют только за себя, успешно развиваться не может. Рейтинг – это не то, что делит всех на преуспевающих и аутсайдеров, а то, что дает повод для обмена позитивными практиками. Если же результаты оказываются в чем-то хуже, тут, опять же, помогают внутренние установки: у меня есть желание постоянно развиваться – и это очень помогает быть объективной, оценивая свои достижения. В жизни никогда нельзя идти ровно и надо быть благодарным, если есть падения – это позволяет сделать анализ ситуации, обратить внимание на то, что ты сделал не так. Если ты умеешь восхититься чужими результатами и, проанализировав свою и чужую работу, исправить свои ошибки – тебе не страшны перипетии: важно, не как упал, а как после этого поднялся.

 

КС: Как руководитель региона компании, Вы часто ездите в командировки. Не тяжело ли работать удаленно?

Светлана: Благодаря тому, что наши службы не стоят на месте и все новые технологии, появляющиеся в мире, внедряются в нашей компании, границ для меня уже не существует: рабочую почту я могу получить в любой точке мира, а наши планерки зачастую проводятся посредством видеоконференций. На сегодня система видеоуправления позволяет донести информацию до любого менеджера напрямую, где бы он ни был.

 

КС: То есть работать в каком-то смысле стало проще?

Светлана: В каком-то смысле – да, но в целом – нет. Чем крупнее становится компания, тем больше твоя ответственность как руководителя перед коллегами, тем жестче конкурентная среда, и тем меньше права на ошибку. Риски не уменьшаются, важно, как ты умеешь их предугадать и нейтрализовать – ими надо управлять, а для этого нужно постоянно над собой расти.

 

КС: На семейную жизнь это отношение проецируется?

Светлана: Ну, если у людей союз, то он обычно такой, где оба партнера друг друга постоянно развивают. И, наверное, постоянные изменения в компании тоже накладывают свой отпечаток – хочется и дома постоянно всё менять и улучшать. Если есть такое отношение к семейной жизни, быт уже не накроет. Я бы не разграничивала семью и работу на отдельные сферы, они взаимосвязаны – бизнес трудно отделить от жизни, тем более если ты руководитель, но надо уметь переключаться: когда женщина в кругу семьи, ей надо оставить работу за границей этого круга. То есть баланс удастся сохранить только в том случае, если не приносить рабочие проблемы в семью, а семейные – на работу. Тут важно, как у тебя выстроен рабочий процесс – если ты все замыкаешь на себе, тогда, конечно, телефон и дома никогда не замолкает. А у меня отличная команда директоров филиалов, мы партнеры, у каждого своя ответственность, и чтобы по каждому вопросу звонили – такого у меня нет.

 

КС: А с кем проще договориться, с партнером по бизнесу или с «партнером по жизни»?

Светлана: Наверное, все-таки с партнером по жизни. Партнеры по бизнесу появляются в жизни периодически, и тут важно, насколько быстро удастся выстроить отношения – за короткий промежуток времени надо успеть присмотреться друг к другу, создать деловую и доверительную атмосферу и вместе принять какое-то решение относительно дальнейшего сотрудничества. А «партнер по жизни» сопровождает более длительное время, постоянно поддерживает, кроме того, он хорошо тебя знает – и это большой плюс. У меня очень стрессовая работа, и когда от семьи идет поддержка, это воодушевляет и радует. 

0 0 лайков 189 просмотров

Поделиться ссылкой с друзьями ВКонтакте Facebook Twitter Одноклассники

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте по теме

Елена Костина

Елена Костина о детях и о том, где надо искать чудеса

0 комментариев 0 лайков 81 просмотр

Ирина Алексеева

об обыденности паранормального

0 комментариев 0 лайков 77 просмотров

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Отменить

Не вижу картинку