18+

Статьи /

Законодательная эстафета

Законодательная эстафета

Изучаем отменяемые приказы Минздрава: в чем именно они устарели и какие документы придут им на смену

Многие профессионалы фармацевтической отрасли следят за тем, как происходит масштабное переустройство законодательного поля. В июне были опубликованы два правительственных постановления, согласно которым с 1 января 2021 г. и с 1 июля 2021 г. многие приказы Минздрава РФ и Минздрава СССР признаются утратившими силу. Конечно, возникает вопрос, что придет им на смену? На смену некоторым приказам не придет ничего, потому что те сферы, рабочие действия и понятия, которые они регулировали, остались в прошлом и в современной аптечной практике отсутствуют. В первую очередь это касается приказов Минздрава СССР. Посудите сами, насколько сейчас актуален, например, порядок приема использованной аптекарской посуды? Однако есть и актуальные сферы фармдеятельности требующие регулирования, несмотря на отмену устаревшего документа. Поэтому происходящее в рамках «регуляторной гильотины» упразднение десятков нормативно-правовых актов требует более подробного анализа и разъяснения. Попробуем выделить наиболее важные из отменяемых приказов и рассмотреть ситуацию по каждому из них в отдельности.

Приказ Минздрава РФ № 309 от 21 октября 1997 года «Об утверждении Инструкции по санитарному режиму аптечных организаций (аптек)»

Приказ, как видите, довольно давний — ему почти четверть века, и необходимость существенных изменений в этой сфере давно назрела. Конечно, некоторые санитарные нормы заложены в Надлежащие практики, но они сами, по всей вероятности, скоро будут переписаны. В любом случае, мы имеем в виду, так сказать, специализированный нормативно-правовой акт по этой теме.

Недавно был опубликован проект документа под названием Санитарные правила «Санитарно-эпидемиологические требования к предоставлению услуг населению». Он разработан под эгидой Роспотребнадзора. Документ по сути представляет собой нечто вроде генерального «СНиП» для самых разных предприятий и сфер деятельности.

Есть в нем Раздел V «Санитарно-эпидемиологические требования при предоставлении услуг аптечными организациями» на пяти страницах. То есть, по‑видимому, со следующего года (с 1 января), основным нормативно-правовым актом, регулирующим эту сферу, будет не приказ Минздрава, а приказ Роспотребнадзора.

В «аптечном» разделе Санитарных правил не все идеально, а некоторые его положения даже противоречат нормам действующих нормативно-правовых актов. Но эта тема заслуживает отдельного разговора, тем более что проект вряд ли обрел на сегодняшний день окончательный вид, и в него еще наверняка внесут изменения. Главное, что хотелось бы отметить сейчас, заключается в том, что, по всей видимости, именно Раздел V Санитарных правил «Санитарно-эпидемиологические требования к предоставлению услуг населению» c 1 января придет на смену пока еще хорошо знакомому каждому фармспециалисту «санитарному приказу» № 309.

Постановление Правительства РФ № 674 от 3 сентября 2010 года «Об утверждении Правил уничтожения недоброкачественных, фальсифицированных и контрафактных лекарственных средств»

На смену этому постановлению должно прийти другое правительственное постановление об утверждении Правил уничтожения (утилизации) недоброкачественных, фальсифицированных и контрафактных лекарственных средств, проект которого уже вывешен на сайте regulation.gov.ru.

Сразу хотелось бы обратить внимание на одну из норм этого документа, присутствие которой порождает абсурдную ситуацию, чреватую для аптечных организаций неразрешимыми проблемами. Ее комментирует Елена Неволина, исполнительный директор Союза «Национальная фармацевтическая палата» и некоммерческого партнерства «Аптечная гильдия». В части 4 новых Правил записано, что владелец недоброкачественных и (или) фальсифицированных лекарственных средств в срок, не превышающий 30 дней со дня вынесения уполномоченным органом решения об их изъятии, уничтожении (утилизации) и вывозе, обязан исполнить это решение или сообщить о своем несогласии с ним. Это не новая норма, она имеется и в отменяемом Постановлении № 674.

Елена Неволина напоминает в связи с этим, что отходы уничтожения лекарственных средств относятся к разряду медицинских отходов, для работы с которыми нужна специальная лицензия. Аптеки, естественно, такой лицензией не обладают. Организация, претендующая на ее получение, должна соответствовать требованиям Росприроднадзора и пройти надлежащую процедуру. Следовательно, при необходимости уничтожения лекарственных средств аптека должна заключить договор с такой организацией и заплатить ей за услуги.

Всем неприятно терять деньги, но если это необходимо, то приходится. Однако проблема в том, что иногда ты готов заплатить, но некому. «Мы столкнулись с проблемой», — рассказывает Елена Неволина, — «Что у нас довольно много субъектов федерации, в которых ни одна организация не имеет такой лицензии. Иными словами, уничтожить лекарства негде, а положение о 30‑дневнем сроке, тем не менее, действует. А мы с вами знаем подход контролирующих органов, например, прокуратуры, в таких случаях: указано в постановлении 30 дней, и ее не очень волнует, что нет организации с такой лицензией в данном субъекте федерации, и что ее может не быть даже в соседнем».

«Поэтому, — продолжает эксперт, — Мы твердо стоим на том, чтобы этот месячный срок был изменен в сторону увеличения. Чтобы аптекам дали хотя бы год на это». Иными словами, чтобы у них была, если можно так выразиться, физическая возможность осуществить это необходимое действие, тем более что за это время такая операция может стать менее убыточной. Не будем забывать, что аптеки не виноваты в появлении таких препаратов на фармрынке, но несут из‑за этого финансовые потери, и что расходы на уничтожение медотходов могут быть покрыты только путем повышения средней наценки.

Приказ Минздрава РФ № 553н от 27 июля 2010 года «Об утверждении видов аптечных организаций»

С тем, что придет ему на смену с 1 января 2021 года, пока нет ясности. Не исключено, что это будет приказ с аналогичным названием — так сказать, современная версия отменяемого приказа, частично с новым содержанием. Уходящий приказ, разумеется не идеален. У Елены Неволиной к нему два основных замечания, которые, по ее мнению, должны быть учтены при разработке нового нормативно-правового акта или новых норм на эту тему.

Одним из минусов Приказа № 533н эксперт считает отсутствие в нем понятия «аптека медицинской организации» (в более ранней терминологии «больничная аптека»). Ее приравняли просто к аптечным организациям — либо с правом изготовления, либо без него, в зависимости от того, какой набор функций такая аптека осуществляет на практике. Это уравнивание разных аптечных моделей породило множество вопросов и проблем: по теме минимального ассортимента, штатного расписания, качества лекарственных препаратов и т. д.

Елена Неволина отмечает, что когда в России начали оптимизировать медорганизации, и исчезло понятие «аптека медицинской организации», некоторые из них либо сохранили одного провизора (которого для пущей важности назвали «старшим провизором»), либо возложили обязанности провизора на старшую медсестру, которая получает медикаменты и осуществляет хранение. В результате у Росздравнадзора стало больше замечаний к таким аптекам по правилам хранения лекарственных препаратов.

«Кстати, аптеки медицинских организаций всегда несли ответственность не только за соблюдение правил хранения лекарственных средств в отделениях больницы, но и, в определенной мере, за соблюдение правил их применения, то есть, введения. Ведь многие инфузионные препараты можно вводить только при условии, что их температура не ниже 36 °C. При этом хранятся они в холодильнике. И что мы видим в больнице даже как пациенты? Флакон достают из холодильника, кладут на батарею или, если не нужно вводить весь флакон — отливают сколько нужно, а остальное опять ставят в холодильник», — делится своими наблюдениями Елена Неволина.

Еще один недостатком отменяемого приказа, который лучше не переносить в новый, является, по мнению Елены Неволиной, самостоятельный статус аптечных киосков. Эксперт считает, что киоски должны существовать только как подразделения аптеки или аптечного пункта (если в них оказывается полноценная лекарственная помощь). Эти подразделения следует создавать для лекарственного обеспечения в тех местах, где это целесообразно с точки зрения доступности безрецептурных лекарственных препаратов. Аптечный киоск чем‑то напоминает лекарственный отдел магазина, считает Елена Неволина, указывая на то, что наличие таких самостоятельных единиц фармритейла, как киоски, дает представителям продовольственного ритейла аргумент для того, чтобы войти на фармрынок.

Определенный резон в этих словах, вероятно, есть. При всей непохожести этих понятий, аптечные киоски в чем‑то сродни дистанционной торговле лекарственными препаратами. И там, и там — шаг навстречу потребителю для увеличения доступности аптечных товаров, ограничение ассортимента исключительно безрецептурными препаратами и т. д. А дистанционным отпуском лекарств, как мы уже хорошо знаем, могут заниматься только традиционные аптеки, а не специально созданные для онлайн-торговли лекарствами компании. Так что на тему киосков стоит подумать. Другой вопрос, будут ли в принципе заинтересованы аптеки открывать киоски, и не получится ли так, что после отмены самостоятельного статуса киосков они попросту исчезнут.

Приказ Минздрава РФ № 214 от 16 июля 1997 года «О контроле качества лекарственных средств, изготавливаемых в аптечных организациях (аптеках)» + Приказ Минздрава РФ № 284 от 20 июля 2001 года «Об утверждении норм естественной убыли лекарственных средств и изделий медицинского назначения в аптечных организациях»

Ситуация по этой теме отличается. Провизоры и фармацевты — особенно те, что работают в сфере аптечного изготовления — знают, что ее уже почти 5 лет регулирует Приказ Минздрава от 26.10.2015 N 751н «Об утверждении правил изготовления и отпуска лекарственных препаратов для медицинского применения аптечными организациями, индивидуальными предпринимателями, имеющими лицензию на фармацевтическую деятельность». Но когда его принимали, то Приказ № 214 почему‑то не отменили. С 1 января 2021 г. это, наконец‑то, будет сделано.

Елена Неволина напоминает о некоторых устаревших положениях Приказа № 214н. Например, в нем упомянута лабораторная и технологическая посуда, которую должна иметь аптечная организация. «Но мы с вами прекрасно знаем, что осталось от аптечного производства… Да и самих производственных аптек осталось менее 1 %. И получается так: приходит проверка, открывает 214‑й приказ и просит предъявить количество бюреток, мерных пипеток и т. п… Для чего они сегодня нужны? Только для того, чтобы их показать при проверке. Мы должны признать, что бюреточная система в современной аптеке — это анахронизм, она актуальна только в аптечных музеях. Ну не выписывают больше врачи то, для чего она когда‑то была нужна. А аптечное производство — это же все‑таки изготовление по индивидуальным прописям врачей», — аргументирует эксперт.

Что касается норм естественной убыли, то Елена Неволина напоминает, что она получается при взвешивании, отмеривании, но не при хранении. В нашей сегодняшней действительности аптека большую часть времени хранит субстанции, а не использует их. Очень маленький объем аптечного изготовления обуславливает ничтожные величины убыли. В Приказе № 751н, обращает внимание эксперт, существуют нормы, подразумевающие экономичное производство, поэтому нет смысла дополнительно «держать» еще и Приказ № 284.

«Мне кажется, чем меньше приказов регулирует нашу профессиональную деятельность, тем проще предоставлять качественные услуги и товары потребителям и отстаивать свои позиции в общении с контрольными органами», — резюмирует Елена Неволина.

Действительно, перегрузка — в том числе законодательного поля — только во вред. Будем и дальше наблюдать за тем, какие приказы и постановления отменяются, и что приходит им на смену.

1252 просмотров

Поделиться ссылкой с друзьями ВКонтакте Facebook Twitter Одноклассники

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Комментарии
comments powered by HyperComments