Цена, конкуренция, доступность: прогноз на завтра для лекарственного обеспечения

Какой будет система лекарственной помощи в ближайшие несколько лет? Смогут ли маркетплейсы захватить аптечный сегмент и место ли лекарствам в пунктах выдачи заказов? Что важно учесть при организации лекобеспечения в сельской местности? Как меняется система контроля цен на лекарства?

На эти и другие вопросы постарались найти ответы эксперты форума «Фармлига», который прошёл в Москве 19 февраля.

Лекарства на маркетплейсах — прогресс или разрушение?

Одна из главных тем форума была достаточно тревожной: экспертам предложили поразмышлять, возможна ли продажа лекарственных препаратов в пунктах выдачи заказов от маркетплейсов. Точки зрения оказались разными.

Замглавы Федеральной антимонопольной службы Тимофей Нижегородцев посчитал, что такой сценарий будущего вполне вероятен — ведь едва ли можно отбиться от технического прогресса.

Депутат комитета Госдумы по охране здоровья Евгений Нифантьев с данным подходом не согласился. И дело не в том, что сценарий может выглядеть фантастично, а в уровне требований, который обязана соблюдать каждая аптека, чтобы лекарство оставалось безопасным. Не последнюю роль играют и те риски, которые содержит инициатива о медикаментах в ПВЗ для всей системы лекарственного обеспечения.

Сегодня эта система действует, а работающий механизм желательно не рушить, подчеркнул Нифантьев. Единожды сломав его, можно столкнуться с тем, что восстановление окажется процессом крайне сложным — и даже невозможным. Здесь эксперт предложил вспомнить опыт эпохи девяностых.

Доступ к лекарству как система

Заместитель министра здравоохранения России Сергей Глаголев предложил обратить внимание на современную структуру национального лекарственного обеспечения. Да, доступ к лекарственной терапии во многом трансформировался, и его инструменты трудно назвать теми же, что и двадцать лет назад. Однако у этого развития есть своя логика:

• В тех малых населённых пунктах, где отсутствуют аптеки, ключевым связующим звеном между пациентом и лекарством стали ФАП. Сегодня их уже около 30 тысяч по всей стране. Нелишне вспомнить и те сравнительно недавние изменения федерального законодательства, благодаря которым лекарственные препараты можно приобретать в сельских больницах — опять же на тех территориях, где нет аптек.
• Свою нишу заняла и дистанционная торговля безрецептурными лекарственными препаратами. «Розничный аптечный сегмент неплохо откликнулся на эту работу», — подчеркнул Сергей Глаголев.
• У эксперимента по дистанционной реализации рецептурных лекарственных средств успехи значительно скромнее, однако уже сейчас решена важная задача — заложены механизмы контакта между медицинскими системами и аптечными ресурсами.
• Когда отсутствуют альтернативы, т. е. нет ни аптеки, ни аптечного пункта, ни сельской больницы, амбулатории или ФАП, в целях лекарственного обеспечения вполне допустимо задействовать почтовое отделение. Но при наличии целого ряда обязательных ограничений, включая, в первую очередь, строго ограниченный перечень лекарственных препаратов.

«Историю с пунктами выдачи заказа мы не рассматриваем», — прокомментировал ситуацию заместитель министра.

Глаголев также обратил внимание на то, что базовым элементом системы лекарственного обеспечения должна оставаться стационарная логистическая сеть. Промежуточные механизмы — это, например, те же передвижные аптеки, которые в ближайшем будущем должны начать свой путь по «внеаптечным» территориям на географической карте. Ещё один важный элемент — дистанционная торговля лекарственными препаратами, но также на базе аптечных организаций. Ключевым фактором в любом случае остаётся подготовка специалистов.

Маршруты для автоаптеки

«Законопроект о передвижных аптеках 13 января был принят в первом чтении», — напомнил Евгений Нифантьев. В настоящее время, в ходе подготовки ко второму чтению, прорабатывается ряд организационных задач.

В первую очередь, необходимо рассчитать маршруты. Предположительно каждая автоаптека сможет охватить до 50 населённых пунктов, но вопрос в траектории, а также в отсутствии пересечений. Здесь важно исключить вероятность того, что один посёлок посетят три передвижных аптечных пункта, а во втором число визитов останется равным нулю.

Второй фактор — экономическая составляющая. Да, с одной стороны, есть расходы на бензин, с другой — полностью отсутствуют затраты на аренду. Для того, чтобы автоаптека оставалась «в плюсе», по предварительным вычислениям, будет достаточно четырнадцати чеков в час. Такая цифра должна позволить оставаться на уровне экономической целесообразности.

Третий параметр — кадровая оснащённость. Специалисты нужны профильные. Предполагается, что у каждой автоаптеки появится штат в два фармработника и два водителя. Тандемы «фармацевт/провизор плюс водитель» будут выходить в рейс посменно.

«Ограничения по количеству регионов не планируются», — заметил Евгений Нифантьев. Единственное исключение, по понятным причинам, три города федерального значения: Москва, Санкт-Петербург и Севастополь.

Перечень лекарственных препаратов, реализуемых передвижными аптечными пунктами, будет ограниченным. При этом в него может войти часть наименований рецептурного отпуска (за исключением таких категорий, как, например, сильнодействующие или психотропные средства).

Градус конкуренции: об условиях покупки аптечных сетей

В черте города фармацевтическую отрасль тревожат другие пересечения — тенденция к консолидации в аптечном (да и оптовом) звене продолжает набирать обороты. Генеральный директор аналитической компании DSM Group Сергей Шуляк поделился такими цифрами: на долю «первой тройки» аптечных сетей уже приходится почти треть розничного рынка — 31 %. «Первая десятка» занимает чуть менее двух третей — 62 %, «первая двадцатка» чуть‑чуть не дотянула до трёх четвертей — 74 %. Здесь возникает вполне закономерный вопрос о пределах слияний и поглощений. Ведь в теории может случиться и так, что, купив региональную аптечную сеть, компания-гигант приблизится к отметке в 90 % на отдельно взятой территории.

Подобную вероятность замглавы ФАС Тимофей Нижегородцев прокомментировал с точки зрения ФЗ «О защите конкуренции», напомнив о действующих ограничениях со стороны антимонопольного законодательства. Если доля игрока, решившего присоединить к своей структуре другую компанию, в конкретном муниципалитете превышает 35 %, сделка будет разрешена, но с обязательным условием. Антимонопольный орган даст организации-покупателю предписание — продать часть своих аптек другому предприятию. На выполнение этой задачи отводится, как правило, год.

Если же доля потенциального покупателя в городе или районе составляет 50 % и выше, то территориальный орган ФАС такую сделку не разрешит.

Наиболее любопытный случай — появление нового участника. Если доля компании в ещё незнакомом для неё районе равнялась нулю, а после приобретения местного предприятия составит 50 %, препятствия для сделки отсутствуют. Ведь структура конкуренции в данном случае не меняется. Уточняется лишь один параметр — наименование крупнейшего на территории игрока.

«Надо следить за округами, где доля составляет более 35 %», — подчеркнул Тимофей Нижегородцев. Отдельный вопрос — цена. Если в том районе, где аптечная сеть выступает крупнейшим участником розничного звена, ценники в её аптеках выше, чем на других территориях, такая тактика может рассматриваться как злоупотребление доминирующим положением. Организации необходимо провести дополнительную работу и исключить названные риски.

«Весь перечень ЖНВЛП мы пройдём частым гребнем»

Кстати, о ценах. С 20 февраля вступила в силу усовершенствованная Методика установления регионами оптовых и розничных надбавок к ценам лекарственных препаратов перечня ЖНВЛП (документ утверждён Приказом ФАС России от 28 ноября 2025 г. № 999/25). Она дополнена интересной в практическом применении нормой: определяя надбавки, региональный орган вправе выделить несколько экономически обоснованных подгрупп в ценовой группе от 500 рублей за упаковку — со снижением надбавок пропорционально повышению цен производителей. Антимонопольный орган полагает, что это даст возможность уменьшить оптовые и розничные цены на дорогие лекарства списка жизненно важных.

Эта новость может оказаться не главной в числе новостей в сфере ценового регулирования. Тимофей Нижегородцев рассказал о новых трендах в практике контроля цен на лекарственные препараты, а именно о механизмах реагирования на те действия предприятий фармотрасли, целью которых может являться завышение ценников.

По мнению замруководителя ФАС, на практике дополнительное внимание требуется двум категориям ситуаций:

• Одно и то же лекарство зарегистрировано в рамках различных регудостоверений. Этими РУ владеют разные юрлица, но фактически данные компании входят в одну группу, и эта группа действует как единый целостный организм. Слаженные шаги частей этого организма ведут к завышению цен на то или иное наименование.
• У эквивалентных наименований лекарственных препаратов цены достаточно далеки друг от друга. Такие различия может обнаружить, к примеру, комиссия Минздрава по формированию лекарственных перечней. Первым прецедентом здесь стала ситуация с международным наименованием «Агалсидаза альфа». Для этого препарата было выявлено значительно превышение стоимости терапии по сравнению с терапевтическим аналогом — агалсидазой бета.

Эксперт считает, что в данной сфере случайность может говорить о закономерности: после того, как регулирование ушло от стратегии вынужденного снижения стоимости дженериков, цены лекарственных препаратов различных поколений могут существенно разниться. Отсюда дополнительные параметры влияния при выборе лекарственной терапии и необходимость в подробном анализе цен на эквивалентные препараты.

«Весь перечень ЖНВЛП мы пройдём частым гребнем и посмотрим на цены», — дал прогноз Тимофей Нижегородцев.

О необходимости совершенствовать мониторинг цен на препараты из данного ключевого перечня напомнил и Сергей Глаголев. Как он отметил, эту задачу следует выполнять с применением системы МДЛП.

Не только по списку: когда цены проверяются вне перечня

В некоторых ситуациях антимонопольный контроль затрагивает и лекарства вне перечня жизненно важных. В большинстве случаев такие дела возбуждаются по жалобам граждан.

Так, 29 июля 2025 года Девятый арбитражный апелляционный суд оставил в силе решение Арбитражного суда Москвы по делу № А40-257198/2024 об установлении монопольно высокой цены на препарат с МНН «Амлодипин + Индапамид + Периндоприл».

А 29 января 2026 года Комиссия ФАС России вынесла заключение об обстоятельствах дела 33/01/10–8/2025 об установлении монопольно высоких цен на препарат с МНН «Тиамфеникола глицинат ацетилцистеинат».

«Надо совершенствовать механизмы регистрации и индексации»

Отдельной темой для диалога стала индексация цен согласно Постановлению Правительства РФ от 31 октября 2020 г № 1771. В этом отношении 2025 год был отмечен большим числом заявок от предприятий-производителей: 1282 обновлённых цены успешно прошли согласование, в 452 случаях был получен отказ, 1090 препаратов получили подтверждение, 619 — снижение ценника.

Количество уменьшенных цен значительно выросло в сравнении с предыдущими годами: в 2023 г. было отмечено 151 снижение, в 2024 г. — 55 снижений.

Как отметил Сергей Глаголев, в рамках постановления № 1771 важно продолжать диалог с Минпромторгом и ФАС. В частности, может быть целесообразным предусмотреть ответственность производителя за те объёмы, которые он обещает произвести по новой цене, а также сроки ответа производителей на запросы Минздрава и ФАС.

«Регулирование цен для препаратов перечня ЖНВЛП должно сохраняться, но надо совершенствовать механизмы регистрации и индексации», — прокомментировал замминистра здравоохранения России.

Вместо постскриптума: планы на перспективу

Сергей Глаголев рассказал о тех магистральных направлениях, где отрасли в ближайшее время следует ожидать регуляторных инициатив от Минздрава. Помимо ценового регулирования и совершенствования инструментов ценообразования (включая работу с низкомаржинальными препаратами), среди них, в том числе:

• дистанционная торговля лекарствами;
• необходимость «донастроить» информационную систему МДЛП;
• сохранение доступности препаратов предметно-количественного учёта;
• наращивание национального фармацевтического производства;
• вопрос о льготном кредитовании отечественного производства инновационных лекарственных средств и выработке критериев для таких программ поддержки.