18+

Статьи — Журнал — Интервью экспертов

Алексей Михайлов

"В любом деле главное - оставаться человеком..."

Текст: Екатерина Филиппова
Фото: Юлия Скоробогатова
 
Немецкая компания «Квайссер Фарма» начала свою историю еще в конце XIX века. Спустя столетие немецкое качество в сфере фармацевтики «обосновалось» и в России. У истоков российского представительства стоял Алексей Михайлов — человек высокого профессионализма и необыкновенной энергетики. Нам удалось побеседовать с Алексеем о нынешнем состоянии фармбизнеса и грядущих переменах, о ценности здоровья и вдохновляющей силе увлечений, о кулинарном творчестве и волшебных путешествиях на необитаемые ­острова.
 
Досье КС:

Алексей Михайлов
Город: Москва
Должность: генеральный директор российского представительства компании «Квайссер Фарма»
КС: Алексей, насколько нам известно, открытие представительства «Квайссер Фарма» в России во многом именно Ваша заслуга. Расскажите, как начинался этот глобальный ­проект?
 
Алексей: В нашей стране история «Квайссер Фарма» началась в 1995‑м году с регистрации первых препаратов и их продажи через компанию «АСТА Медика». Через год «Квайссер Фарма» решает, что ей нужны самостоятельные продажи на российском рынке. На тот момент я не так давно окончил экономический факультет МГИМО и к фармацевтике, можно сказать, имел условное отношение. Однако благодаря хорошему экономическому образованию было понимание, как работать практически с любой группой товаров. И вот в 1996‑м году я вступил в компанию единственным, по сути, сотрудником. Как вы можете догадаться, на этом история не закончилась… Постепенно команда росла, и к концу 1999‑го года мы перешли в статус официального представительства. В 2007‑м немецкие акционеры решили, что они готовы инвестировать в российский рынок, и тогда мы создали первую для нашей компании дочернюю структуру. С 2010‑го я начал курировать Белоруссию и Казахстан, а в 2011‑м к этому списку добавляется еще и ­Украина.
 
КС: Какие направления работы «Квайссер Фарма» являются сейчас ­основными?
 
Алексей: Еще в 2003‑м году я принял стратегическое решение — вывести на рынок качественные биологические добавки. И это несмотря на негативное на тот момент отношение к слову «БАД». До этого у нас были зарегистрированы только медицинские препараты, в том числе лекарства. Кстати, сейчас отношение к БАД улучшилось, хотя некоторые недобросовестные компании регулярно дают потребителям повод усомниться в качестве добавок. Вообще, по моему убеждению, качество БАД в первую очередь зависит от производителя, а потому доверять надо только серьезным ­маркам.
 
Еще одно очень важное для нас направление — средства для фиксации зубных протезов и ухода за ними. Компания «Квайссер Фарма» была первой на российском рынке, кто появился с подобным ассортиментом. Третье направление — лекарственные препараты: на данный момент в России насчитывается более 70 торговых позиций. А еще сейчас мы начинаем активно развивать косметическое ­направление.
 
КС: Чем, на Ваш взгляд, европейский фармацевтический рынок принципиально отличается от ­российского?
 
Алексей: Отличия — кардинальные: европейский рынок гораздо более структурированный. У них, например, есть отдельная мощная парафармацевтическая ниша, есть космецевтика как отдельный кластер. В России мы такого не ­наблюдаем.
 
КС: Фармацевтический рынок — российский и мировой — это сфера, где изменения происходят постоянно. Какое из последних событий в отрасли показалось Вам наиболее значимым и как оно отразилось на работе ­компании?
 
Алексей: Самое значительное событие на мировой арене вообще и отразившееся на фармбизнесе в частности — это появление в составе России новой республики. Теперь нужно развивать и налаживать деятельность там. Я думаю, это очень большой вызов для нашего фармрынка. Сейчас там идет период гармонизации российского и украинского законодательств, что отражается на всех сферах. А для меня эта ситуация особенно интересна, так как я, повторюсь, курирую и украинскую, и российскую ­структуры.
 
Хочется добиться того, чтобы этот сложный период проходил всё‑таки в режиме относительного спокойствия. Самое главное, чтобы потребитель не испытывал дефицита тех или иных препаратов — а будут ли надписи на украинском или на русском языке, это уже второстепенно. Кстати, глобальные перемены недавнего времени отражаются и конкретно на сотрудниках компании. Например, у нас есть работники в Крыму, которые раньше относились к украинскому офису, — сейчас мы занимаемся их переоформлением в ­российский.
 
КС: А если глобально оценивать состояние фармбизнеса в России — каков Ваш диагноз и ­прогноз?
 
Алексей: Основная деятельность нашей компании связана с такой интересной областью, как парафармацевтика. Мне сложно объективно говорить обо всем рынке, но та сфера, в которой работаем мы (БАД по большей части), — это активно развивающийся, весьма динамичный сегмент, не постесняюсь этого слова, драйвер всего фармрынка России. А если всё же смотреть на состояние фармацевтического бизнеса в целом, то он находится в легкой стагнации — это лично моя оценка. Некое затишье перед бурей… я считаю, что нас ждут значительные ­перемены.
 
КС: Перемены — это всегда стресс, да и в принципе, руководителям стрессовых ситуаций не занимать… Как у Вас получается сохранять спокойствие, будучи капитаном большого фармацевтического «корабля»? Быть может, есть какой‑то фирменный «антистрессовый» ­рецепт?
 
Алексей: Я думаю, люди испытывают стресс на работе, когда есть какой‑то дискомфорт, недопонимание в отношениях с коллективом. А я могу без ложной скромности сказать, что команда у нас просто образцово-показательная. Она долго, ювелирно подбиралась, и со временем мы научились понимать друг друга буквально с полуслова. Так что стрессов как таковых нет, есть просто какие‑то неизбежные рабочие моменты, но не негативный ­прессинг.
 
Раньше — когда я мало летал — «стрессовал» из‑за самолетов. Но потом количество «воздушных путешествий» резко возросло. Кстати, за последний год я установил личный рекорд — 68 перелетов… просто не успеваю постоять ногами на земле! Так что теперь слетать в другую страну для меня — как сходить позавтракать. Единственный стрессовый фактор, который здесь остается, — путь к аэропорту по жутким московским пробкам. А с учетом того, что ездить я люблю и вожу машину сам, это всякий раз вызов — успею на самолет или нет? Приехать в аэропорт и уехать из него, кажется, сложнее, чем перелететь на другой ­континент.
 
Еще, я думаю, дискомфорт испытываешь из‑за тех вещей, на которые не можешь повлиять. Но здесь надо иметь мудрость и не зацикливаться на них — помнить надпись на кольце царя Соломона «И это пройдет…». Нужно уметь пропускать негатив сквозь себя, выстраивать свою реальность, в которой будет интересно и при этом комфортно. Искать плюс, который всегда перевесит минус, находить баланс в мире и быть частью этого мира. И не всегда надо пытаться плыть против течения, ведь реку не победить. Зато можно плодотворно использовать течение, чтобы добраться в итоге к своей цели. И неважно, что при этом вы проплывете вокруг всей земли… Какая разница, это лишь вопрос времени, ведь главное — добиться ­своего.
 
КС: А как Вы вдохновляетесь во время этого глобального «плавания» по ­жизни?
 
Алексей: Наверное, вдохновение дается за счет чувства самореализованности. Конечно же, вдохновляет семья. У меня двое детей, которые помогают разнообразить жизнь, обогащая ее всем, начиная от болезней и заканчивая хорошими вещами — выигранными конкурсами и так далее. Ну и, конечно, я сам пытаюсь держать себя в тонусе, ставить какие‑то задачи и с азартом их реализовывать. Например, в 2008‑м году я, наверное, впервые по‑настоящему задумался о том, что, имея экономическое образование, стою у руля фармкомпании. У большинства людей, занимающих подобную позицию, всё же либо фармацевтическое, либо врачебное ­образование.
 
И вот я тоже решил пойти в профильный вуз, и в прошлом году, наконец, защитился в медакадемии имени Сеченова. Меня можно поздравить — теперь я кандидат фармацевтических наук! Это, конечно, стоило мне нервов, но было жутко увлекательно. И стык двух наук — фармакоэкономика (то есть фармацевтика сквозь призму экономики) — это, на мой взгляд, вообще очень интересная область ­знаний.
 
КС: Ваш интерес к работе вызывает белую зависть… Как считаете, в чем секрет Вашего профессионального ­успеха?
 
Алексей: Знаете, я считаю, что в любом деле главное — оставаться человеком. Уметь слушать, быть креативным и не бояться экспериментировать. Думаю, основные ингредиенты рецепта успеха именно такие. В каких именно пропорциях — это уже другой разговор, из области алхимии, наверное. А еще важно прислушиваться к себе, своему внутреннему ­чутью.
Я недавно посетил оригинальные курсы — «Тренинг в темноте». Суть в том, что вы находитесь в полной темноте и должны выполнять какие‑то задачи вместе с людьми, которых не видите и которые вам даже не знакомы. Знаете, как это интересно! Вы не можете сформировать к человеку симпатию или антипатию по его внешнему виду, вы просто вынуждены искать пути к пониманию и плодотворному взаимодействию. Например, нужно вот так сообща собрать матрешку в темноте, описать, у кого какие детали и сконструировать этот, казалось бы, элементарный «механизм». И здесь как раз очень важно следовать за интуицией, доверять ­себе.
 
 
КС: Отличная интуиция, человечность, креативность — эти качества помогают в работе. А есть ли у Вас такие, которые порой ­мешают?
 
Алексей: Я очень люблю генерировать идеи. Но, к сожалению, меня не всегда хватает на то, чтобы доводить эти идеи до конца. И здесь, конечно, сильно помогает команда: отделить зерна от плевел и воплотить замыслы в ­жизнь.
 
КС: Наверное, Ваша креативность распространяется и на сферу увлечений, хобби? Если на них, конечно, остается время при Вашем напряженном ­графике.
 
Алексей: Увлечений у меня — целая палитра, но в своих хобби, как и в идеях, я редко дохожу до какой‑то оформленности. Я могу зажечься и увлечься очень многим, а потом достаточно быстро потерять этот азарт. Вот недавно, например, купил сыну игрушечный вертолет на день рождения, стал интересоваться всевозможными летательными машинками. Потом сын прекратил со всем этим играть, и мой запал тоже ­прошел.
 
Пожалуй, самое долгоиграющее мое хобби — автомобили. Занимаюсь тюнингом машин, вкладывая свое время и деньги… Хотя сейчас в силу своего насыщенного и рваного графика стараюсь любую свободную минуту посвящать семье. Потому что тех детей, которых ты в два года не успел поцеловать в щечку… так ты их потом уже не поцелуешь никогда. Им будет уже по восемнадцать, и они скажут: «Пап, ну к чему эти телячьи нежности?!». Поэтому надо всё‑таки расти и развиваться вместе с детьми, с ­семьей.
 
Есть у меня еще одно большое хобби — я очень люблю готовить. Дома с детьми мы обожаем смотреть кулинарные каналы, они у нас в приоритете. Посмотрим какую‑нибудь передачу, а потом все вместе экспериментируем — кулинарим, выпекаем. Готовим пасту, пиццу, очень уважаем китайскую ­кухню.
 
А еще я дайвингом занимаюсь: у меня более 400 погружений, правда, со временем интерес к ним немного поутих. В прошлом году первый раз попробовал кататься на кайте, жутко понравилось. Но, как вы понимаете, на все хобби, к сожалению, времени не ­хватает.
 
КС: Вы упомянули, что часто путешествуете, каковы Ваши географические ­пристрастия?
 
Алексей: В прошлом году я в очередной раз был в Мадриде и в очередной раз влюбился в этот необыкновенный город. Он живет бешеной энергетикой, чем‑то похожей на московскую. Здесь точно так же ночью стоят в пробке. И точно так же ночью можно зайти куда‑то поесть, куда‑то — потанцевать, в третьем месте попеть караоке, а в четвертом — проспать 2 часа за столом, а потом позавтракать. А еще мне понравилось отдыхать с семьей на Тенерифе (самый крупный из Канарских островов, — прим. ред.). Были на вулкане Тейде, там бешеная мощь океана, а виды, которые открываются сверху, — это нечто непередаваемое. Глядя на эти величественные пейзажи, понимаешь ничтожность человека-песчинки перед силами ­природы.
 
Вообще, в летние месяцы моя семья традиционно отправляется на моря, и я часто к ним приезжаю. Могу честно сказать, что подобный формат отдыха получается экономически даже выгоднее российского существования в режиме трехмесячной жизни в Москве со всевозможными походами в кафе-кинотеатры и так далее. Поверьте, дешевле снять квартиру на всё лето за рубежом на ­море.
 
КС: Ну и, конечно, многие из Ваших поездок связаны именно с ­работой…
 
Алексей: Да, конечно… Но по рабочим делам я езжу в основном в пределах Европы. Именно поэтому в личных, семейных поездках всегда стараюсь улететь куда‑нибудь подальше — на экзотические ­земли.
 
КС: Ваш «послужной список» путешественника действительно впечатляет… А в каком месте земного шара Вы давно хотели побывать, но все никак не ­соберетесь?
 
Алексей: Я бы с удовольствием посетил Микронезию. Но по чисто временным соображениям не могу себе этого позволить. Хотелось бы поехать с семьей, но оба сына еще маленькие — 4 и 11 лет, и 16‑часовой перелет с пересадками — это пока не для них. Так что буду ждать, пока сыновья подрастут. Я ведь очень семейный человек, воспитан традиционно, и если мы идем гулять, то идем все вместе. И даже когда я отправляюсь в длительную командировку, стараюсь, чтобы семья приехала ко мне хотя бы на выходные, составила мне компанию, поставила флажок на карте, посмотрела ­мир.
 
КС: Если бы Вас попросили написать идеальный сценарий отдыха, каким бы он ­был?
 
Алексей: Это был бы отдых в том месте, где не работает мобильный телефон, где нет Интернета. Современный человек опрометчиво считает, что без этих приспособлений жизнь остановится вовсе… Единение с природой — наверное, так я вижу идеальный сценарий отдыха. Может быть, даже пожить с семьей на необитаемом острове, в хижине — как Робинзон Крузо. Пусть в этой хижине и не будет джакузи… А вот электричество пусть всё‑таки будет и плита какая-никакая, чтобы можно было не только на костре готовить, но и цивилизованно кулинарить! А вообще, для отдыха хочется тихого места, чтобы почувствовать себя кусочком ­вселенной.
 
КС: Путешествия, безусловно, помогают повысить тонус. А как еще Вы поддерживаете себя в хорошей ­форме?
 
Алексей: Конечно, помогает спорт. Нашей компании вообще повезло: в пяти минутах от нас находится отличный фитнес-центр, куда можно и нужно ходить. И я там тоже занимаюсь, правда, в прошлом году забросил из‑за травмы — упал на горных лыжах. С пяти лет катаюсь, но и на старуху бывает проруха — не совсем удачно «улетел» с трассы, была довольно жесткая восстановительная история. А так спорт присутствует в моей жизни в самых разных проявлениях. Это не только лыжи, дайвинг или тренажерный зал, но и элементарный, «бытовой» спорт: например, придя домой, подняться пешком на восьмой этаж. Кстати, офисное здание у нас расположено на трех этажах: постоянно бегаешь вверх-вниз — вот тебе и ­зарядка.
 
КС: Алексей, а если бы Вы не занимались сейчас фармацевтикой, какую бы сферу деятельности ­выбрали?
 
Алексей: Несомненно, продажу автомобилей. Это вторая группа товаров, которой бы мне хотелось заниматься. По большому счету, если есть навык организации продаж, не так важно, что продавать. Но для меня предпочтительнее всё же автомобильная сфера — как самое «закоренелое», знаковое хобби. Я с детства любил вместе с папой ковыряться в машине, что‑то делать, чинить. У нас тогда были отечественные машины, и ломались они, конечно, почаще и позаковыристее, чем нынешние иномарки. Так что находить «корень зла» было весьма ­увлекательно.
 
КС: Какое свое достижение Вы считаете самым главным, о чем говорите с ­гордостью?
 
Алексей: В рамках профессиональной деятельности я горжусь нашей командой. Горжусь тем, что удалось собрать вместе таких отличных специалистов и просто хороших людей. Мне очень нравится атмосфера, созданная в коллективе, ее без лишнего пафоса можно назвать семейной. Я горжусь тем, что могу занимать в этой команде руководящее положение, что люди мне доверяют и идут за мной, помогают воплотить множество замыслов, выбирают меня вожаком стаи. Хотя я, скорее, руководитель-друг. Мы, конечно, общаемся в рамках компании, соблюдая так называемую субординацию, но в целом у нас очень теплые отношения. Я, например, знаю, когда у моих сотрудников дни рождения и у кого как зовут детей. Я стараюсь не подавлять идеи коллег и всячески их поощрять. У нас, кстати, регулярно организуются корпоративные поездки — на мой взгляд, это отличный способ еще больше сплотиться в настоящую команду-семью. У нас, в принципе, достаточно консервативная компания, где главное — человечность. Нет какого‑то дикого штата сотрудников «по вертикали» — скорее, больше горизонтальная ­структура.
 
А еще я горжусь тем, что сегмент рынка, в котором я работаю — сфера фармацевтики — по определению вызывает уважение. И если торговать машинами — это почти то же самое, что торговать сникерсами, то продавать лекарственные препараты и БАД — это всё‑таки принципиально иная ­область.
 
КС: Наверное, потому, что здоровье — это та сфера, которая волнует ­всех…
 
Алексей: Несомненно. А еще в последнее время я всё больше понимаю, что хорошее здоровье — это роскошь. И поддерживать его дорогого стоит, во всех смыслах. Здоровье — это тот кредит доверия, который нам выдала сама природа. Большинство людей даже в наше экологически непростое время рождаются всё же здоровыми. И этим ценным ресурсом надо распоряжаться грамотно, а не растрачивать его бездумно и ­безответственно.

0 0 лайков 234 просмотра

Поделиться ссылкой с друзьями ВКонтакте Facebook Twitter Одноклассники

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте по теме

Павел Каржанов: «Производство медицинской перевязки — вопрос национальной безопасности»

Генеральный директор «ТДЛ Текстиль» о проблемах и перспективах производства медицинского текстиля

1 комментарий 0 лайков 1742 просмотра

Олег Рябошапка

о том, как заработать на том, во что никто не верит

0 комментариев 0 лайков 430 просмотров

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Отменить

Не вижу картинку